«Плебисцит всегда выигрывает тот, кто его проводит»

Директор ВЦИОМ и социолог ВШЭ о планах опроса жителей Екатеринбурга

ВЦИОМ: 67% россиян заявили о твердом намерении прийти на выборы президента РФПредстоящий опрос жителей Екатеринбурга по вопросу строительства храма на месте сквера у Драматического театра, о желательности которого сказал Владимир Путин, вызывает такие же споры как и сами планы строительства. Пока не ясны ни методика опроса, ни принципы выборки участников. Не вполне ясно, насколько этот оперативный замер общественного мнения будет отражать сознательную позицию граждан. «Сноб» приводит мнение доцента Старшего научного сотрудника лаборатории экономико-социологических исследований НИУ ВШЭ Григория Юдина, подвергшего резкой критике идею опроса в своем блоге, и директора ВЦИОМ Валерия Федорова, чья организация входит в число вероятных претендентов на проведение данного опроса.

Григорий Юдин, старший научный сотрудник лаборатории экономико-социологических исследований НИУ ВШЭ

В администрации Екатеринбурга уже подтверждают, что завтра запускают опрос.

Поскольку этот трюк с опросом российские политические менеджеры уже проворачивали не раз (с одним только Крымом минимум три раза) и будут проворачивать и дальше, самое время кое-что прояснить. Тем более, что это идеальный кейс для моей новой книги об общественном мнении и опросной демократии.

В самом деле, аргумент выглядит неубиваемо: вы хотите демократического решения — вот вам демократия, сейчас мы узнаем «мнение людей», как выразился Путин. То есть фактически проведем плебисцит. Я вам скажу, что будет дальше: опрос покажет, что «народ за храм», строительство продолжат, люди разойдутся по домам с мрачным ощущением, что они в исчезающем меньшинстве и вообще на какой-то чужой планете, что защищать свои интересы больше не стоит, все равно народ-то всегда за власти.

Коротко о том, почему этот опросный плебисцит не имеет отношения к демократии:

1. Главный принцип плебисцита, который давно известен в политической теории: плебисцит всегда выигрывает тот, кто его проводит. Потому что именно он контролирует всё — от условий проведения до формата и формулировок вопросов.

То, что в последние дни ВЦИОМ проводил телефонный опрос горожан (и судя по тому, как много людей рассказывает о том, что им звонили, по очень большой выборке) — предварительная фаза плебисцита. Путин никогда не стал бы выходить с таким предложением, если бы не был уверен в результатах.

Метод проведения плебисцита они пока так и не определили — одни чиновники сегодня говорили про опрос на сайте администрации (почему не на сайте ФСБ сразу?), другие — про «социологов», третьи — про уличные опросы. В любом случае, полный контроль за ходом и результатами голосования будет у городских властей, которые, конечно, являются стороной конфликта.

2. Главная хитрость плебисцита — его неожиданность: давайте просто «узнаем мнение». Но чтобы у людей появилось мнение, оно должно сформироваться. Мнение формируется с помощью публичных дискуссий и дебатов, в которых все стороны могут изложить свои позиции. Именно это называется «демократией», а вовсе не голосование.

Сейчас, пользуясь эффектом внезапности, они будут приставать к горожанам с вопросом типа «Нужен ли храм городу?» и получат «мнение», которого у людей нет и не может быть, пока не состоялась нормальная общественная дискуссия. Или, еще хуже, запустят опрос в интернете и организуют «подвоз избирателей на сайт».

3. Ключевое требование демократии — чтобы каждый гражданин мог принять участие в решении важного для него общественного вопроса. Опросы организованы по выборочному принципу — подавляющее большинство горожан не получит никакого шанса заявить свой голос. За них будут говорить те, кто попадет в выборку. Люди, которые рисковали своим здоровьем, попадая под дубинки головорезов и омоновцев, потому что для них по-настоящему важно публичное пространство в центре города, могут в выборку вообще не попасть. А вместо них туда попадут, например, те, кто о конфликте ничего не слышал.

4. С организацией выборки тоже все весело. Мэр Высокинский сегодня уже показал себя большим знатоком статистики, заявив, что «принять участие должны не сто, не двести и не тысяча человек, а должна быть репрезентативная выборка». Передайте ему кто-нибудь, что репрезентативность выборки вообще никак не зависит от ее объема. И если они нагонят 20 тысяч ботов, эта выборка ни разу не будет репрезентативной. Кроме того, методы вроде онлайн-опроса и уличного опроса в принципе не могут обеспечивать репрезентативность, сколько бы народу там ни опросили. Репрезентативность основана на том, что у каждого человека должен быть абсолютный равный со всеми остальным шанс попасть в выборку. Но, конечно, администрация будет размахивать цифрой опрошенных и говорить, что это и есть «воля жителей».

5. То, что президент сегодня на всю страну заявил, что опрос будет проводиться по его указанию — чудовищный удар по всей опросной индустрии. Данные опросов претендуют на объективность, потому что респондентов заверяют, что опросы независимы. Что будут думать люди, к которым придут интервьюеры и которые знают, что это опрос по личному приказу президента? Как они могут верить в независимость опросов? В то, что безопасно предоставлять свои мнения и личные данные людям, которые работают на президента? Благодаря таким опросам по приказу доверие ко всем исследованиям падает ниже плинтуса, и никакие усилия по его восстановлению потом не помогут.

6. Еще веселее, что Путин ясно сообщил, какой ответ он сам считает правильным — храм построить, сквер разбить в другом месте, «чтобы мамочкам с колясками было где погулять». Я даже не буду объяснять, как действует на респондентов информация о том, что заказчик опроса уже знает правильный ответ на него. Особенно если этот заказчик — президент страны. На самом деле, грустно, что сейчас появятся социологи, которые в этих условиях начнут делать «опрос», как будто бы ничего не произошло.

7. Какой из всего этого вывод? Конфликт между двумя позициями должен быть разрешен с помощью демократического референдума, в котором сможет принять участие каждый кому это важно. Не неизвестно кем проведенного вмиг опроса, а нормальной кампании по обсуждению ключевой для города проблемы во всех городских СМИ, хотя бы в течение месяца. С публичным контролем формулировок вопросов, процесса голосования и подсчета голосов. С избирательной комиссией, которая будет отчитываться не перед президентом, а перед горожанами. И без мутных «социологов», чьи контракты зависят от властей.

То, что екатеринбуржцы заставили высокомерного мэра начать переговоры, выйти на улицу и откатить назад — впечатляет. Теперь им будут пытаться заморочить голову цифрами, за которыми ничего не стоит. И если это не получится, то этот сквер будет иметь последствия далеко за пределами Екатеринбурга.

Валерий Федоров, директор ВЦИОМ

Решение о проведении опроса пока не принято, но должно состояться в ближайшее время. Если организацию опроса поручат ВЦИОМ, мы с удовольствием его проведем.

Еще 80 лет назад Джон Гэллап, создатель научной теории социологического опроса и признанный гуру социологии, сказал: «Если воля народа может быть выражена, кто-то должен ее измерить». Мы делаем свои опросы надежно, профессионально, готовы пойти на любой и не боимся конкуренции. Если узнать мнение екатеринбуржцев поручат нам, мы сделаем это надежно, оперативно и честно. Могу в очередной раз сказать, что результаты работы социологов не признают те, кому эти результаты не нравятся. Это будет моим ответом критикам инициативы по проведению опроса.

Аргумент о том, что нынешний опрос не может считаться выражением позиции граждан, поскольку эта позиция якобы не сформировалась и у сторонников разных решений не было времени на агитацию, считаю совершенно пустым. Это мнение сформировалось. ВЦИОМ далеко не первый, кто берется выяснять позицию горожан о строительстве храма. Опросы на эту тему проводили местные социологи, жители прекрасно осведомлены об имеющейся проблеме, знают, где собираются строить этот храм, какие имеются варианты решения вопроса и могли определиться со своим отношением к сторонникам и противникам храма. Более того, сейчас это информационная бомба едва ли не федерального масштаба, о которой говорят все, включая президента. Люди информированы и имеют свое мнение. Так что не вижу сложности в том, чтобы выявить и зафиксировать это мнение. Это можно сделать через опрос — почему бы и нет? Мне опрос нравится, тем более когда в пользу такой формы выяснения мнения граждан высказался президент — самый авторитетный политик России.

Я думаю, что лучше всего в нынешнем случае провести телефонный опрос. Это самый надежный, технологичный и проверяемый метод. Но если кто-то по каким-то причинам не доверяет телефону, можно применить и другие методы — и уличный, и квартирный опросы. Просто телефонный опрос провести быстрее, надежнее и дешевле.

Не думаю, что опрашивать нужно лишь жителей микрорайона, примыкающего к скверу, как это может следовать из слов Владимира Путина. Все-таки речь идет о центре города, где отдыхают все горожане — так что я провел бы опрос среди всех жителей города. Однако мнение тех, кто живет вокруг оспариваемого сквера, я бы выделил особо. Но это уже технические моменты.

Путин прав?

Загрузка ... Загрузка ...

источник


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.