Почему рыба в России продается в три раза дороже реальной стоимости

О том, что происходит в отрасли, рассказал директор рыбозавода, обманом прорвавшийся на пресс-конференцию Путина

Почему рыба в России продается в три раза дороже реальной стоимости

Одним из самых ярких эпизодов Большой пресс-конференции Владимира Путина 14 декабря стало эмоциональное выступление главы совета директоров рыбокомбината из Мурманска Михаила Зуба. Он признался, что к президенту попал обманным путем, выдав себя за журналиста. И тут же высказал правду-матку о всей рыбной отрасли.

Прошел по старым данным

Михаил, а все-таки: как вам удалось проникнуть на пресс-конференцию?

– На прошлой пресс-конференции я тоже был. И был как реальный журналист от журнала «Потребитель». Но тогда не вышло задать вопрос. А в этом году была вторая попытка. Перед ней помолился: «Господи, позволь мне использовать данные 2016 года и аккредитоваться по ним, чтобы обратиться к президенту». И отправил их.

Изменили только год?

– Ничего не менял. И мои мольбы были услышаны — меня аккредитовали по старым данным. И я был уверен, что мне дадут задать вопрос. Взял те самые 400 листов своих предложений (смотрите подробней «Что в папке для Путина?»), и поехал. Чтобы задать свои «почему». Ведь в 2015 году президент провел революционный Госсовет, где сказал, что цель рыбной отрасли — обеспечение россиян качественной и доступной рыбой. Чтобы бабушка с пенсией 8 тысяч смогла ее купить. Тогда рыбакам сказали: хватит! Вы 87% выловленного продаете за границу, вы создаете рабочие места в иностранных компаниях, прибавочную стоимость вы тоже оставляете там. Путин это заявил, а дальше пошла неправильная политика исполнения его слов.

«Законы рубят идеологию президента»

Кто неправильно понял президента? Рыбак в море, чиновник в кабинете?

– Путин тогда на Госсовете сказал: для решения этого вопроса мы забираем 20% квот на вылов в пользу российского человека. А дальше вступают в действие минсельхоз, минэкономики, Росрыболовство и другие ведомства. Появляются законы и постановления правительства. Суть их такая: даем вам эти 20% квот, — право на вылов, — но при условии, что прибыль, полученную от продажи рыбы, вы кладете не себе в карман, а развиваете отрасль — строите прибрежную инфраструктуру, включая заводы по переработке рыбы, заказываете новые суда… То есть, эти квоты — для инвестиций. Но в законах начинают рубить идеологию президента!

Как это?

– Из этих 20% инвестиционных квот 3/4 распределили не переработке, а добытчикам, на строительство судов.

Ну, неплохо — рыболовецкий флот у нас очень старый

– Но тогда ничего не изменится! Рыба, которая будет добыта на этих новых судах, снова уйдет за границу. Кому они будут возить рыбу, если переработки на российском берегу нет?! Поэтому квоты нужно перераспределить. Чтобы 3/4 инвестквот досталось переработке на берегу, а остальное — добыче. Если я получу такую квоту, я уже завтра введу судно с большим плавучим аквариумом-танком. И та же треска пойдет с него по 50 рублей. Это уже с моей прибылью. В рознице она будет по 80!

Рыбакам выгоднее сдавать за границу

Вы президенту сказали, что рыба должна стоить, как курица: 80, а не 300 рублей. Так почему сейчас на прилавке она 300, а не 80? И почему наша рыба уходит за границу?

– Средняя себестоимость добычи рыбы колеблется от 30 до 50 рублей. Сюда включено судно, горючее, зарплаты, налоги и 10% прибыли. Это нормально.

Хорошо, а еще 250 рублей в цене откуда берутся? Посредники?

– Нет, основную прибыль забирают те же рыбаки. Нашим выгоднее сдавать ее за границу. Там хороший спрос на нее.

У нас тоже есть спрос, мы тоже хотим ее кушать!

– А мы не можем предложить те деньги, которые предлагают за треску иностранцы — где-то 3,5 доллара за кило — 200 рублей. И на наш рынок рыбаки предлагают ее по тем же деньгам. Какой им смысл вчетверо дешевле отдавать? В итоге в рознице она и будет около 300. И нормальный русский работяга уже не имеет возможности купить ее по такой цене.

«Не хочешь кормить Родину — заплати!»

А как заставить наших моряков о Родине подумать?

– Правильный вопрос! А ответ на поверхности. Я бы резко поднял плату за биоресурсы для тех, кто занимается экспортом рыбы. Сейчас эта плата — 16 долларов за 1 тонну квоты. И тут нужно сказать: продаешь за рубеж?..

– … и имеешь сверхприбыль...

– … то уплатишь государству не 16, а 800 долларов. Все! Не хочешь кормить Родину? Заплати! В этом случае добытчик начнет входить в береговую инфраструктуру и развивать ее. И доверия к нему больше будет: он не пришел-ушел, а вот его имущество — на берегу, оно никуда не денется. А вот готовую продукцию в виде филе и консервов, произведенных на берегу: пожалуйста, можешь продавать за границу!

И тоже обложить повышенным налогом?

– Зачем? Не надо! Он уже заплатил, создав инфраструктуру в России! А это — и рабочие места, и налоги. А продажа за рубеж — еще и хорошая прибавочная стоимость.

Помните, несколько лет назад глава Росрыболовства на встрече с президентом сказал, что мурманские рыбаки продают мойву по 15 рублей? Это были не рыбаки, а мы! Мы закупали ее на норвежских аукционах, платили все то, от чего освобождены рыбаки — НДС, пошлину. Населению она обходилась в 15 рублей и мы держали цену! Рядом было по 60, а у нас — по 15. И нам уже была выгодна такая цена. Мы встречались с торговыми сетями и говорили: мы отпустим вам еще дешевле, но цена на прилавке должна быть 15 рублей, иначе мы прекращаем поставки.

– Конкуренцию серьезную вы составили. Угроз не было?

– Плевали мы на них! Пусть нас опасаются! Были, но не будем сейчас про них. Почему не сделать как в Норвегии?

«Мы держали цену на мойву по 15 рублей!»

А как там?

– Они используют как раз суда с плавучими бассейнами и жестко связаны с предприятиями, которые перерабатывают рыбу. Сравните: наше судно берет 100 тонн рыбы и обслуживает его 100 человек. Норвежское с 6 рыбаками берет 600 тонн. Фабрика качает рыбу с такого корабля насосами, перерабатывает и готовая продукция тут же с колес — идет на продажу. И мы в свое время воплотили эту идеологию на нашем мурманском рыбокомбинате. Мы работали с норвежскими судами и использовали свою прибрежную экономическую зону. Но мы захотели работать не один месяц в году, а четыре. Хорошо, не даете нам российского сырья — не давайте. И мы стали участниками скандинавских аукционов, там покупали.

А почему сами не ловили?

– Мы переработчики, и квот нам было не положено, судов-то у нас своих нет.

– Хорошо, а почему тогда вы наши суда не использовали?

– У нас нет таких технологий. Врут, что есть два таких корабля — с РСВ-танками. Но это не так, это не суда с живой рыбой. Они просто обеспечивают промежуточное хранение на борту.

И чтобы мойва была по 15 рублей, вы закупали норвежскую рыбу?

– Да. На их аукционах она все равно была дешевле нашей. Опыт уникальный: наше сырье уходит за границу, а тут мы сами привозили из чужой страны, что бы переработав его, создать в России рабочие места, оплатить налоги…
Рыбные прилавки сегодня способны отпугнуть ценами неподготовленного покупателя. Почему рыба в России продается в три раза дороже реальной стоимости

Фото: Евгения ГУСЕВА

А в 2014 появились контрсанкции…

– … И наш рыбокомбинат встал. Ситуация такая: наша рыба уходит за границу, а привезти ее даже оттуда мы теперь не можем. Минэкономики в 2015 году детально изучило все это и согласилось. Письмо в правительство с просьбой заступиться за нас должен направить минсельхоз, а мы не дождались этого. Ответили, что не будут дергать правительство ради одного предприятия. Так мы и ходим 3,5 года…

«И тогда мы подали в суд на правительство…»

Вы просили сделать для вас исключение?

– Да, ведь для других сделали уже несколько исключений: можно ввозить смолт (молодой серебристый лосось), мидии, детское питание. Почему бы и нам не пойти навстречу? Но результат нулевой… Тогда мы подали на правительство России в суд, но проиграли.

Это вы с нашим импортозамещением бороться хотите, добиваясь снятий контрсанкций?

– Я ни одного слова не сказал президенту о наших проблемах 2014 года. Ни слова, что мы по уши в… Потому что наше предприятие — крупнейшее в Европе — не имеет сырья. Оно стоИт с 2014 года. Я не пришел к президенту просить. Хотя хотелось сказать — в душе все кипело. Я вел разговор о положении дел. Если мы выжили и вышли на получение инвестиционной квоты (а мы подали сейчас заявку), мы говорим: не хотите современные технологии — суда с живой рыбой — не надо, но дайте тогда хотя бы на берегу работать! И этот мой выход на пресс-конференции имел одну цель — показать президенту, что берег снова отодвинули от рыбы. При таком подходе переработка не будет развиваться.

Закон позволяет строить «потемкинские деревни»

Чего вы добиваетесь?

– Чтобы большая часть инвестиционных квот ушла к переработчику, чтобы он не зависел от добытчика, который везет рыбу за границу. У нас полностью разорвана цепочка: добыча-переработка-продажа. Смотрите, допустим, вы хотите построить фабрику, а для этого — получить квоту. Читаете требования одного закона: чтобы ее получить, вам нужно построить завод для переработки не менее 25 тысяч тонн рыбы в год. И вы начинаете думать обо всей инфраструктуре: причальных стенках, холодильниках, площадках. Но тут появляется другое постановление. А там уже говорится: «Не переживай, парень, не надо тебе эти 25 тысяч тонн перерабатывать, 4 тысячи, и хватит».

Как это?

– Вот так! Теперь можно не думать о холодильниках, портовых сооружениях и прочих коммуникациях. И вы начинаете строить «потемкинскую деревню». А почему бы ее не строить, если вам дают такую возможность, а прежние квоты на вылов при этом сохраняют? Переработаете быстренько 4 тысячи, а остаток по квоте гоните за границу! В чьих интересах работают люди, писавшие эти противоречащие другу другу документы? Мы с этим категорически не согласны! Здесь бы администрации президента разобраться, как такое произошло. А что по потреблению творится?!.

«Свои проблему решу сам»

Кстати, а что там творится?

– Это отдельный анекдот! Если мы говорим, что беспокоимся о здоровье нации, то давайте истинную картину покажем! Зачем вы вешаете лапшу на уши главе государства? Почему официальная статистика говорит, что в 2015 году потребление на душу населения было 22 килограмма рыбы в год? На самом деле, по нашим данным — 10,6 кило! В 2015 году в России выловили 1 миллион тонн рыбы. Импорт — еще 0,5 миллиона тонн. В России — 145 миллионов человек. Поделите. Я готов с кем угодно поспорить за эти цифры. Лукавая статистика задает неверный путь для планирования, которое составляют другие ведомства. И тем самым подставляют президента.
Из чего сейчас складывается цена 1 кг трески и какой может быть

Почему рыба в России продается в три раза дороже реальной стоимостиФото: Дмитрий ПОЛУХИН

«Наши деньги идут на развитие экономики Китая»

И в той папке, которую вы передали Путину, — все то, о чем мы мы сегодня с вами говорили?

– Там отдельный наш проект. По тому, как приблизить рыбу к человеку. И дешево. Расстояние от Камчатки до Мурманска — 4,9 тысяч миль. Расстояние от Камчатки до Китая — 4,1 тысячи миль. Деньги государства направляются на создание ТОР — территории опережающего развития на Дальнем Востоке. Но в реальности эти деньги подогревают промышленность Китая, обеспечивая поставку товаров оттуда. Почему наши деньги работают на развитие Китая? Ведь можно сделать по уму, заставив их работать на экономику центральной части России. Нужно просто запустить логистику Севморпути, у нас все для этого есть.

Там вроде год от года и так тоннаж повышается…

– Не об этом речь. Есть атомный лихтеровоз «Севморпуть». С Дальнего Востока погоним рыбу на Мурманск, с Мурманска она придет в центр страны. На базе Мурманска создадим рыбный хаб, связанный с 18 распределительными центрами в 18 регионах страны. А обратно по этому же пути из центра России погоним другие товары. Мы решаем вопрос логистики и обеспечиваем центр страны дешевой рыбой — доставка будет очень дешевой.

То есть, житель центра России делает для Дальнего Востока какую-то продукцию, а взамен получает дешевую рыбу?

– Конечно!

А насколько дешевую, кстати?

– Смотрите: губернатор Сахалинской области говорил, что рыба там стоит 52 рубля. Берем по этой цене, перевозка до Мурманска увеличит ее примерно на 10 рублей, от Мурманска до Москвы — еще 4 рубля. 66 рублей! Даже если дадим 20% торговым сетям — это еще 12 рублей. Около 80 получается. Тех самых, о которых я говорил. В проекте, который я передал президенту, — конкретные предложения, как план реализовать. Этот проект уже получил высшие оценки лучших экспертов страны. Почему мы не запускаем? Что еще надо? Я был на одном высоком заседании, критиковал их доклады и задавал эти вопросы. В итоге, меня больше никуда не пускают. Даже в Госдуму не пускают. Что за беспредел такой? Надо же дело делать, а мы ходим кругами и болтовней занимаемся, бумажки по кругу пускаем…

Почему рыба в России продается в три раза дороже реальной стоимости

Читайте также на Информационном портале РФ


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.